Компания-призрак, связи с окружением Зеленского, НАБУ и попытки заглушить журналистов через Google
Никсон, Уотергейт и украинский Дроно-Гейт
9 августа 1974 года президент США Ричард Никсон под угрозой импичмента подал в отставку — всего лишь за то, что его люди установили прослушку в штабе конкурентов. Скандал потряс основы американской демократии. Прошли масштабные реформы. Чиновники получили реальные сроки.
Украина сегодня, в разгар полноценной войны, стоит на пороге своего политического потрясения. Его условное название — Дроно-Гейт. В центре скандала — малоизвестная ещё два года назад компания Fire Point, которая за один год превратилась в крупнейшего получателя оборонных бюджетов страны.
Политическая нестабильность смертельно опасна для воюющей страны. Но потерявшие берега дельцы, жаждущие лёгких денег на дронах, делают всё возможное, чтобы скандал разгорелся и больно ударил по имиджу президента Зеленского, подорвав доверие западных партнёров.
13,2 млрдгрн от Минобороны за 2024 год
32%всего дронового бюджета страны
2–3%процент долёта дронов до цели
>$1 млрдзапланированные контракты на 2025 год
Что такое компания Fire Point
«Fire Point» — компания, о которой ещё два года назад не слышал никто из профессионалов оборонной отрасли. Она была создана архитекторами, пиар-менеджерами, киношниками и продюсерами. Тем не менее именно эта компания без конкурса получила от государства львиную долю всех заказов на ударные дроны большой дальности.
В 2024 году объём контрактов составил 13,2 миллиарда гривен — при том что совокупный бюджет Министерства обороны на беспилотники составил около 43 миллиардов. Иными словами, компания с нулевым оборонным опытом получила почти треть всех дроновых денег Украины.
«Более трети всего дронового бюджета получила в прошлом году никому неизвестная компания. Вернее — известная. Хорошо известная наверху.»
Может, они делают волшебные дроны?
Резонный вопрос: может быть, дроны Fire Point настолько эффективны, что превосходят конкурентов? Ответ специалистов однозначен — нет. Это примитивные беспилотники, неспособные летать там, где работают системы РЭБ и ПВО. Процент долёта до цели составляет, по оценкам инженеров, всего 2–3%.
Может, они дёшевы — и это оправдывает масштаб производства? Снова нет. Официальная цена на конец 2023 года — 55 000 долларов за единицу, без боевых частей, стартовых ускорителей и специальных транспортных машин. К 2025 году цена превысила 100 000 долларов.
При этом электронная начинка без защищённой антенны стоит около 5 000 долларов, двигатель — 5 000. Вся себестоимость с учётом корпуса и сборки — в разы ниже заявленной цены. Разница оседает в карманах тех, кто придумал и реализует эту схему.
Коррупционная схема по шагам
НАБУ расследует Fire Point
По данным пяти источников, знакомых с ходом дела, Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) проводит расследование в отношении Fire Point. Агентство проверяет подозрения в том, что компания завышала либо стоимость комплектующих, либо количество реально поставленных беспилотников — либо и то, и другое одновременно.
Расследование было начато примерно за четыре месяца до нашумевших «репрессий» администрации Зеленского против НАБУ в марте 2025 года — репрессий, широко расценённых как реакция власти на то, что агентство слишком близко подобралось к соратникам президента.
Представитель НАБУ отказался от комментариев, сославшись на тайну следствия. В самой Fire Point расследование подтвердили, но преуменьшили его значимость, назвав его «слухами» конкурентов.
Тимур Миндич: тень «Квартала 95»
Ключевая версия следствия НАБУ — что реальным конечным бенефициаром Fire Point является Тимур Миндич, бизнесмен и совладелец телестудии «Квартал 95», основанной самим президентом Зеленским.
Миндич известен как близкий соратник президента ещё с довоенных времён. С началом полномасштабного вторжения он покинул Украину. Официальных связей с Fire Point в публичных документах нет — что само по себе типично для непрозрачных оборонных схем.
«Слухи о том, что беспилотники Fire Point связаны с Миндичем, ходят довольно активно, и я полностью убеждён, что эта версия соответствует действительности», — источник в правительстве, знакомый с материалами расследования (Kyiv Independent).
Адвокат Миндича заявил изданию Kyiv Independent, что у него нет информации о какой-либо связи его клиента с Fire Point.
Кто формально стоит за компанией
Публично известные руководители Fire Point — полные новички в оборонной индустрии, что само по себе примечательно.
Ракета «Фламинго»: ещё один мираж
В начале 2025 года Fire Point начала публично рекламировать в западных СМИ не только дроны FP-1, но и крылатую ракету «Фламинго». Президент Зеленский лично назвал «Фламинго» «самой успешной ракетой Украины». Западная пресса подхватила. Немецкое правительство включило финансирование этого проекта в пакет помощи на 5 миллиардов евро.
Что представляет собой «Фламинго» технически? По оценкам независимых специалистов — ракета на базе авиационного двигателя АИ-25 стоимостью около 50 000 долларов, с электронной начинкой на автопилоте «оранж куб» стоимостью около 5 000 долларов. Общая себестоимость — около 120–140 тысяч долларов. Заявленная цена — «менее 1 миллиона евро».
Главный технический изъян: огромная, неманёвренная ракета, не умеющая лететь на сверхнизких высотах с огибанием рельефа — лёгкая добыча для любой современной ПВО. По оценкам инженеров, в реальных боевых условиях «Фламинго» так же уязвима, как её предшественники из линейки FP-1.
Западные деньги — украинские схемы
Особую тревогу вызывает масштаб привлечения иностранного финансирования. Fire Point получила средства по «датской модели» — когда европейские страны перечисляют деньги напрямую в Министерство обороны Украины, а то уже распределяет их среди производителей. При этом правила прозрачности «мирного времени» к таким схемам не применяются.
По данным Ирины Терех, компания также вошла в немецкий пакет помощи на 5 миллиардов евро. Итого при себестоимости дрона в несколько тысяч долларов государство и европейские налогоплательщики платят десятки тысяч — а в случае с «Фламинго» разница ещё катастрофичнее.
60% брака: армия разбирает дроны вместо того, чтобы воевать
Параллельно с расследованием НАБУ появились данные о том, что до 60% беспилотников, поставляемых по госзаказу, непригодны к использованию. Источники в армии не опровергают эту цифру. Один из офицеров сообщил: из-за огромного количества брака почти половина его подразделения БпЛА сутками разбирает и заново собирает неисправные машины.
Среди причин брака — три ключевые:
Первая: огромное число украинских производителей дронов работает буквально «в гаражах», без технологических стандартов и профессионалов.
Вторая: 99% дронов собираются из китайских комплектующих. С ростом спроса — как со стороны Украины, так и России — китайские поставщики подключили дополнительные непроверенные производства. Уровень брака в комплектующих вырос кратно.
Третья и главная: тотальная коррупция при госзаказах. Через Министерство обороны за взятки продвигаются контракты с неизвестными производителями. Практикуется кратное завышение стоимости по сравнению с себестоимостью. Функционирует схема «мёртвых душ» — на бумаге отгружаются 10 000 дронов, реально доставляется 5 000. Подписи командиров воинских частей в актах приёмки — неотъемлемая часть схемы.
Попытка зачистить интернет
⚠ Жалоба через Google: инструмент цензуры
В адрес редакции поступило уведомление Google о предполагаемом нарушении авторских прав — в связи с тремя нашими публикациями о деятельности Fire Point. Это стандартный инструмент DMCA: правообладатель (или тот, кто называет себя таковым) подаёт жалобу, Google автоматически понижает материал в выдаче или убирает его из индекса. Апелляция занимает недели. Статья на этот срок фактически исчезает из поиска.
Метод называется DMCA-абьюзом — использование закона об авторском праве не для защиты интеллектуальной собственности, а для удаления неудобных публикаций. Это не первый случай применения такого инструмента против украинских журналистов-расследователей.
Редакция подала апелляцию. Публикации доступны. Сам факт жалобы — косвенное признание того, что материалы попали в цель.
Хронология событий
Февраль 2023
Компания Centrocast переименована в Fire Point, права собственности переданы Скалыге. Начало военного производства с нулевым опытом.
2023 год
Выручка компании — 4 млн долларов. Производятся «едва функциональные» беспилотники при огромном льготном государственном финансировании.
2024 год
Контракты с Минобороны — 13,2 млрд грн. Выручка компании вырастает до более 100 млн долларов. Штат — от 18 до 2200 человек.
Май 2024
Германия объявляет пакет помощи Украине на 5 млрд евро. Fire Point включена в число получателей.
Декабрь 2024
НАБУ начинает расследование в отношении Fire Point. Ирина Терех приглашена в деловой совет при Администрации президента.
Начало 2025
Зеленский публично хвалит ракету «Фламинго» как «самую успешную» в арсенале Украины. Западные СМИ освещают Fire Point как «украинское оборонное чудо».
Март 2025
Администрация Зеленского проводит масштабные «репрессии» против НАБУ, ограничивая его независимость. Эксперты расценивают шаг как реакцию на расследование по делам соратников президента.
Апрель 2026
Skelet.Org получает жалобу от Google об авторских правах в связи с публикациями о Fire Point. Редакция подаёт апелляцию и публикует сводное расследование.
Выводы расследования
Fire Point — не просто коррупционная схема. Это симптом системной болезни: война создала огромный поток денег — государственных, европейских, американских, — который практически не контролируется. В условиях военной секретности и политической лояльности «нужным людям» любые механизмы надзора легко нейтрализуются.
Реальный ущерб — не только финансовый. Бракованные дроны убивают украинских военных, которым не хватает нормального оружия. Завышенные цены вытесняют с рынка добросовестных производителей, которые умеют делать эффективные беспилотники, но не имеют нужных связей.
Попытка заглушить это расследование через инструменты DMCA — последний аргумент людей, которым нечего возразить по существу. Пока НАБУ работает и пока есть журналисты, которые не молчат, у этой истории есть шанс на справедливый финал.
Молчать — значит согласиться с оккупацией Днепра, Харькова, Киева.